Уже больше года я брожу по улицам Халле-Нойштадта — не как случайный прохожий, а как исследователь, ищущий забытые истории за синими табличками с названиями улиц.
Моя работа началась с проекта «StraßenQR», который на первый взгляд кажется сугубо техническим: создаются QR-коды и размещаются на фонарных столбах, чтобы познакомить прохожих с судьбами тех выдающихся личностей, в честь которых названы улицы.
Однако эти прогулки быстро превратились из простой документальной задачи в столкновение с «молчанием памяти» — и с её поразительными пробелами.
Пока я программировал цифровые коды, имена передо мной складывались в список, напоминающий закрытый «мужской клуб». Точный подсчёт показал цифру, не требующую лишних толкований.
69 улиц носят мужские имена —
и на весь район приходится лишь одна-единственная улица, названная в честь женщины: улица Лизы Мейтнер (Lise-Meitner-Straße). Одна женщина на целый городской район — словно она оказалась единственной, кого пригласили на этот праздник памяти.
По примечательной иронии судьбы оказывается также, что в районе есть 18 улиц с названиями растений и семь — с названиями пород лошадей. Ещё 18 улиц названы в честь водоёмов — преимущественно рек.
Растения, лошади и реки оказались куда более заметными в городской памяти, чем женщины, которые внесли определяющий вклад в историю, науку и общество.
Продуманный порядок — и заметный пробел
Впрочем, такое распределение возникло не совсем случайно. Вплоть до воссоединения Германии в Халле-Нойштадте — за редкими исключениями — названий улиц не было вовсе. Ориентироваться приходилось главным образом по номерам жилых комплексов и блоков. Лишь после объединения страны многие улицы получили свои нынешние имена.
Если выбор названий делался осознанно, то кого внутри этих тем сочли достойным памяти — а кого нет?
При этом присвоение названий следовало понятному замыслу: для отдельных жилых комплексов разрабатывались тематические направления. Так кварталы получили имена в честь растений, пород лошадей, рек, композиторов, художников и учёных. Эти названия должны были придать каждому району свой характер и одновременно облегчить ориентацию.
Но именно эта продуманность делает цифры ещё более показательными и ставит следующий вопрос: если выбор названий делался осознанно, то кого внутри этих тем сочли достойным памяти — а кого нет?
Среди художников, композиторов и учёных, чьи имена сегодня можно увидеть на указателях, практически одни мужчины. Это не обязательно результат намеренного решения против женщин. Скорее, это отражение представлений той эпохи о том, чьи заслуги сами собой разумелись как достойные увековечения.
При этом вовсе не нужно далеко ходить, чтобы найти женщин, которые непосредственно участвовали в создании Халле-Нойштадта. Одна из них — Хельга Гертнер. Молодым инженером-строителем подземных сооружений в конце мая 1964 года она пришла в только что созданное бюро главного архитектора Рихарда Паулика и проработала там до начала 1968 года. Вместе с архитекторами, инженерами, геодезистами, чертёжницами и другими сотрудниками она была частью той проектной работы, благодаря которой и родился новый город.
Сегодня Хельга Гертнер сама рассказывает об этом времени, сохраняя частицу истории города, которая почти не отражена на уличных указателях. И её история наверняка не единственная. Были и другие женщины — инженеры, архитекторы, рабочие, представительницы других профессий, — которые участвовали в строительстве и жизни Халле-Нойштадта.
Возможно, некоторые имена, заслуживающие места в общественном пространстве в будущем, находятся куда ближе, чем кажется: в биографиях тех самых женщин, которые строили Халле-Нойштадт и формировали его облик.
QR-код: окно в белые пятна
Благодаря нашему проекту «StraßenQR» я осознал: технологии способны не только документировать, но и показывать то, чего не хватает. Названия улиц — это не просто ориентиры, а визуальный нарратив, который показывает прохожим (и особенно детям), кого общество считает достойным памяти, а кого — нет.
Каждый QR-код, который мы сегодня закрепляем на фонарном столбе, ведёт к отдельной судьбе. Но реальность такова: истории женщин на этих табличках до сих пор почти не звучат.
Речь идёт не о том, чтобы вычеркнуть существующие имена, а о том, чтобы расширить память — сделать её более точным отражением разнообразия общества и задать более справедливые ориентиры для того, чьи имена увековечиваются в городском пространстве.
На пути к более сбалансированной культуре памяти
Современные города имеют реальную возможность исправить этот символический дисбаланс — не через стирание прошлого, а через его дополнение.
Так, например, улица Лизы Мейтнер могла бы превратиться из тихого географического адреса в живое место памяти — скажем, благодаря ежегодному мероприятию, посвящённому вкладу женщин в науку, культуру и историю города. В его рамках можно было бы рассказывать и о тех женщинах, которые стояли у истоков создания и развития Халле-Нойштадта.
Такой шаг не просто нарушил бы молчание сухой статистики. Он помог бы сделать недостающие истории видимыми, превратив QR-коды из простого окна в прошлое в инструмент формирования более взвешенной и сбалансированной коллективной памяти.
StraßenQR — это подпроект инициативы «Unser HaNeu» в рамках программы Smart City города Халле (Заале). QR-коды в общественном пространстве открывают цифровой доступ к историям, стоящим за названиями улиц Халле-Нойштадта, и связывают историю города с местами нашей повседневной жизни.